Неточные совпадения
Брат Николай был
родной и старший
брат Константина Левина и одноутробный
брат Сергея Ивановича, погибший человек, промотавший бо̀льшую долю своего состояния, вращавшийся в самом странном и дурном обществе и поссорившийся с
братьями.
Вернувшись в начале июня в деревню, он вернулся и к своим обычным занятиям. Хозяйство сельское, отношения с мужиками и соседями, домашнее хозяйство, дела сестры и
брата, которые были у него на руках, отношения с женою,
родными, заботы о ребенке, новая пчелиная охота, которою он увлекся с нынешней весны, занимали всё его время.
Место это он получил чрез мужа сестры Анны, Алексея Александровича Каренина, занимавшего одно из важнейших мест в министерстве, к которому принадлежало присутствие; но если бы Каренин не назначил своего шурина на это место, то чрез сотню других лиц,
братьев, сестер,
родных, двоюродных, дядей, теток, Стива Облонский получил бы это место или другое подобное, тысяч в шесть жалованья, которые ему были нужны, так как дела его, несмотря на достаточное состояние жены, были расстроены.
— Он подловат и гадковат, не только что пустоват, — подхватила живо Улинька. — Кто так обидел своих
братьев и выгнал из дому
родную сестру, тот гадкий человек…
Один молодой полковник, живая, горячая кровь,
родной брат прекрасной полячки, обворожившей бедного Андрия, не подумал долго и бросился со всех сил с конем за козаками: перевернулся три раза в воздухе с конем своим и прямо грянулся на острые утесы.
—
Брат, — твердо и тоже сухо отвечала Дуня, — во всем этом есть ошибка с твоей стороны. Я за ночь обдумала и отыскала ошибку. Все в том, что ты, кажется, предполагаешь, будто я кому-то и для кого-то приношу себя в жертву. Совсем это не так. Я просто для себя выхожу, потому что мне самой тяжело; а затем, конечно, буду рада, если удастся быть полезною
родным, но в моей решимости это не самое главное побуждение…
Не то чтоб он понимал, но он ясно ощущал, всею силою ощущения, что не только с чувствительными экспансивностями, как давеча, но даже с чем бы то ни было ему уже нельзя более обращаться к этим людям в квартальной конторе, и будь это всё его
родные братья и сестры, а не квартальные поручики, то и тогда ему совершенно незачем было бы обращаться к ним и даже ни в каком случае жизни; он никогда еще до сей минуты не испытывал подобного странного и ужасного ощущения.
Тут почему-то вспомнилась поговорка: «Один — с сошкой, семеро — с ложкой», сказка «О семи Семионах,
родных братьях». Цифра семь разбудила десятки мелких мыслей, они надоедали, как мухи, и потребовалось значительное усилие, чтоб вернуться к «Вехам».
— Шампанское за отыскание квартиры: ведь я тебя облагодетельствовал, а ты не чувствуешь этого, споришь еще; ты неблагодарен! Поди-ка сыщи сам квартиру! Да что квартира? Главное, спокойствие-то какое тебе будет: все равно как у
родной сестры. Двое ребятишек, холостой
брат, я всякий день буду заходить…
Скачут они везде без толку и сами не сладят с длинными, не по росту, безобразными лапами; не узнают своих от чужих, лают на
родного отца и готовы сжевать брошенную мочалку или ухо
родного брата, если попадется в зубы.
— Скажи Николаю Васильевичу, что мы садимся обедать, — с холодным достоинством обратилась старуха к человеку. — Да кушать давать! Ты что, Борис, опоздал сегодня: четверть шестого! — упрекнула она Райского. Он был двоюродным племянником старух и троюродным
братом Софьи. Дом его, тоже старый и когда-то богатый, был связан родством с домом Пахотиных. Но познакомился он с своей
родней не больше года тому назад.
Она ушла. Прибавлю, забегая вперед: она сама поехала отыскивать Ламберта; это была последняя надежда ее; сверх того, побывала у
брата и у
родных Фанариотовых; понятно, в каком состоянии духа должна была она вернуться.
Он хотел броситься обнимать меня; слезы текли по его лицу; не могу выразить, как сжалось у меня сердце: бедный старик был похож на жалкого, слабого, испуганного ребенка, которого выкрали из
родного гнезда какие-то цыгане и увели к чужим людям. Но обняться нам не дали: отворилась дверь, и вошла Анна Андреевна, но не с хозяином, а с
братом своим, камер-юнкером. Эта новость ошеломила меня; я встал и направился к двери.
Я их очень люблю, но с тобой я почти как с
родным — и не сыном, а
братом, и особенно люблю, когда ты возражаешь; ты литературен, ты читал, ты умеешь восхищаться…
— Вижу, но он еще помог бы оправдать мой поступок во мнении света, а теперь — я опозорена! Довольно; совесть моя чиста. Я оставлена всеми, даже
родным братом моим, испугавшимся неуспеха… Но я исполню свой долг и останусь подле этого несчастного, его нянькой, сиделкой!
«Нет, русский,
родной мой
брат».
Я только не понимаю одного: как чопорные англичанки, к которым в спальню не смеет войти
родной брат, при которых нельзя произнести слово «панталоны», живут между этим народонаселением, которое ходит вовсе без панталон?
— Вот ваш
родной брат, Сергей Александрыч Привалов.
— Да ведь он же мне двоюродный
брат. Моя мать с его матерью
родные сестры. Он только все молил меня никому про то здесь не сказывать, стыдился меня уж очень.
Он не мог снести, что его
родной брат — отцеубийца!
На этом прокурор прекратил расспросы. Ответы Алеши произвели было на публику самое разочаровывающее впечатление. О Смердякове у нас уже поговаривали еще до суда, кто-то что-то слышал, кто-то на что-то указывал, говорили про Алешу, что он накопил какие-то чрезвычайные доказательства в пользу
брата и в виновности лакея, и вот — ничего, никаких доказательств, кроме каких-то нравственных убеждений, столь естественных в его качестве
родного брата подсудимого.
Дайте, укажите нам хоть один факт в пользу подсудимого, и мы обрадуемся, — но факт осязательный, реальный, а не заключение по выражению лица подсудимого
родным его
братом или указание на то, что он, бия себя в грудь, непременно должен был на ладонку указывать, да еще в темноте.
Он знал тоже, что есть из
братии весьма негодующие и на то, что, по обычаю, даже письма от
родных, получаемые скитниками, приносились сначала к старцу, чтоб он распечатывал их прежде получателей.
Прочти им, а деткам особенно, о том, как
братья продали в рабство
родного брата своего, отрока милого, Иосифа, сновидца и пророка великого, а отцу сказали, что зверь растерзал его сына, показав окровавленную одежду его.
Он сам занимался моим воспитанием и никогда бы со мной не расстался, если б
брат его, мой
родной дядя, не заехал к нам в деревню.
В этом населении
братьев и сестер, коротких знакомых и
родных, где все были заняты розно, срочно, общий обед вечером было трудно устроить.
Западная зараза, коснувшаяся
братьев и сбившая их несколько с
родной колеи, не коснулась житья княгини; она, напротив, с неудовольствием посматривала, как «Ванюша и Левушка» испортились в этой Франции.
Она ждала меня; съехалось несколько человек
родных, вдруг является мой двоюродный
брат и рассказывает со всеми подробностями историю моего ареста.
— Встанут с утра, да только о том и думают, какую бы
родному брату пакость устроить. Услышит один Захар, что
брат с вечера по хозяйству распоряжение сделал, — пойдет и отменит. А в это же время другой Захар под другого
брата такую же штуку подводит. До того дошло, что теперь мужики, как завидят, что по дороге идет Захар Захарыч — свой ли, не свой ли, — во все лопатки прочь бегут!
— Ты отец: должен знать. А коли ты от
родного сына отказываешься, так вот что: напиши своему Сеньке, что если он через месяц не представит
брата Стрелкову, так я ему самому лоб забрею.
Родных он чуждался; к отцу ездил только по большим праздникам, причем дедушка неизменно дарил ему красную ассигнацию; с сестрами совсем не виделся и только с младшим
братом, Григорием, поддерживал кой-какие сношения, но и то как будто исподтишка.
— Матушка прошлой весной померла, а отец еще до нее помер. Матушкину деревню за долги продали, а после отца только ружье осталось. Ни кола у меня, ни двора. Вот и надумал я: пойду к
родным, да и на людей посмотреть захотелось. И матушка, умирая, говорила: «Ступай, Федос, в Малиновец, к
брату Василию Порфирьичу — он тебя не оставит».
«Боже ты мой праведный, лучше б мне не подымать глаз, чем видеть, как
родной брат наставляет пику столкнуть меня назад…
Дед не любил долго собираться: грамоту зашил в шапку; вывел коня; чмокнул жену и двух своих, как сам он называл, поросенков, из которых один был
родной отец хоть бы и нашего
брата; и поднял такую за собою пыль, как будто бы пятнадцать хлопцев задумали посереди улицы играть в кашу.
— Ну, хоть убей, сам никакого порока не видел! Не укажи Александр Михайлыч чутошную поволоку в прутике… Ну и как это так? Ведь же от Дианки…
Родной брат тому кобелю…
В числе ее «ухажеров» был Степка Махалкин,
родной брат известного гуслицкого разбойника Васьки Чуркина, прославленного даже в романе его имени.
— А ты, зятюшка, не очень-то баб слушай… — тайно советовал этот мудрый тесть. — Они,
брат, изведут кого угодно. Вот смотри на меня: уж я, кажется, натерпелся от них достаточно. Даже от
родных дочерей приходится терпеть… Ты не поддавайся бабам.
Мальчик был такой ласковый, и Серафима полюбила его с первого раза, как
родного брата.
Лопахин. Ваш
брат, вот Леонид Андреич, говорит про меня, что я хам, я кулак, но это мне решительно все равно. Пускай говорит. Хотелось бы только, чтобы вы мне верили по-прежнему, чтобы ваши удивительные, трогательные глаза глядели на меня, как прежде. Боже милосердный! Мой отец был крепостным у вашего деда и отца, но вы, собственно вы, сделали для меня когда-то так много, что я забыл все и люблю вас, как
родную… больше, чем
родную.
—
Братья, а!
Родная кровь! Эх вы-и…
В тюрьме обращают на себя также внимание два
родных брата, бывшие персидские принцы, которых и по сие время в письмах, приходящих сюда из Персии, титулуют высочествами.
Из здешних поселенцев обращают на себя внимание
братья Бабичи, из Киевской губ<ернии>; сначала они жили в одной избе, потом стали ссориться и просить начальство, чтобы их разделили. Один из Бабичей, жалуясь на своего
родного брата, выразился так: «Я боюсь его, как змия».
Теперь он был почти трезв и плакал над больным настоящими слезами, точно над
родным своим
братом.
Но вот зачем я с таким нетерпением ждала тебя: я всё еще верю, что сам бог тебя мне как друга и как
родного брата прислал.
— Матушка, — сказал Рогожин, поцеловав у нее руку, — вот мой большой друг, князь Лев Николаевич Мышкин; мы с ним крестами поменялись; он мне за
родного брата в Москве одно время был, много для меня сделал. Благослови его, матушка, как бы ты
родного сына благословила. Постой, старушка, вот так, дай я сложу тебе руку…
Но старший,
родной брат этого Папушина, недавно также умерший, был известный богатый купец.
— Воду на твоей Оксе возить — вот это в самый раз, — ворчала старуха. — В два-то дня она у меня всю посуду перебила… Да ты, Тарас, никак с ночевкой приехал? Ну нет,
брат, ты эту моду оставь… Вон Петр Васильич поедом съел меня за твою-то Оксю. «Ее, — говорит, — корми, да еще родня-шаромыжники навяжутся…» Так напрямки и отрезал.
— А так, голубь мой сизокрылый… Не чужие, слава богу, сочтемся, — бессовестно ответил Мыльников, лукаво подмигивая. — Сестрице Марье Родивоновне поклончик скажи от меня… Я,
брат, свою
родню вот как соблюдаю. Приди ко мне на жилку сейчас сам Карачунский: милости просим — хошь к вороту вставай, хошь на отпорку. А в дудку не пущу, потому как не желаю обидеть Оксю. Вот каков есть человек Тарас Мыльников… А сестрицу Марью Родивоновну уважаю на особицу за ее развертной карахтер.
Из этих слов Катря поняла только одно, что этот кержак
родной брат Петру Елисеичу, и поэтому стояла посредине кухни с раскрытым от удивления ртом.